Симон Шноль. О Владимире Эфроимсоне и Андрее Трубецком

Симон Шноль. О Владимире Эфроимсоне и Андрее Трубецком

Author: oralhistory.ru May 8, 2024 Duration: 1:48:07
В третьей беседе биофизик Симон Эльевич Шноль рассказывает о двух людях, оказавших на него большое влияние, — генетике Владимире Эфроимсоне и физиологе Андрее Трубецком. Оба прошли через советские лагеря, где и познакомились. Первая часть беседы посвящена биографии и научной деятельности Эфроимсона: в 1929 году он оказался единственным биофаковцем, публично поддержавшим Сергея Четверикова, был арестован, но даже в заключении продолжал следить за тем, куда движется советская наука. Шноль говорит об исследованиях Эфроимсона о генетической предрасположенности к альтруизму и героизму, его непростом характере и судьбе его трудов. Рассказывая о Трубецком, Шноль вспоминает его участие в Великой Отечественной войне и лечение в немецком плену. В рассказе не раз появляется кожаная куртка: Трубецкой получил ее от американского солдата во время встречи на Эльбе, позже был в ней арестован, неоднократно отказывался дарить куртку начальнику лагеря и в конце концов вернулся с ней домой. Особое внимание Шноль уделяет обстановке в доме Трубецких-Голицыных и аристократической манере потомственных князей. В начале беседы Шноль коротко рассказывает о деде-кантонисте и поясняет, почему экспедиция в Архангельск в 1955 году повлияла на всю его семейную жизнь. Беседа подготовлена и опубликована при поддержке БФСО «Дар» в рамках программы документирования истории образования в России.

В подкасте Устная история голоса ушедшей эпохи обретают новую жизнь. Это не сухой пересказ фактов, а живой разговор, где личные воспоминания становятся ключом к пониманию целого столетия. Через призму индивидуального опыта гостей-ученых, художников, обычных людей, чьи судьбы сплетены с историческими сдвигами,-мы исследуем ткань XX века: его научные прорывы, культурные взрывы и тихую повседневность, которая часто остается за кадром учебников. Каждый эпизод строится вокруг глубокой беседы, основанной на уникальных материалах из Архива Научной библиотеки МГУ имени М. В. Ломоносова. Слушая этот podcast, вы оказываетесь не просто наблюдателем, а соучастником диалога, где история перестает быть абстрактной и становится осязаемой через детали быта, профессиональные искания и личные драмы. Это кропотливая работа по сохранению памяти, собранная командой oralhistory.ru, которая позволяет услышать, как эпоха отражалась в судьбах отдельных людей, и по-новому осмыслить связь между прошлым и настоящим.
Author: Language: ru-ru Episodes: 100

Устная история
Podcast Episodes
Сергей Макашин. Как Салтыков-Щедрин стал любимым писателем Ленина и Сталина [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 1:00:33
В третьей беседе Сергей Макашин рассказывает о первых годах серии «Литературное наследство», о времени, когда старые большевики стояли во главе советского литературоведения и дискутировали о методах народников накануне э…
Сергей Макашин. «Это было сосредоточение belle fleur русской советской интеллигенции» [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 1:05:24
Во второй беседе Сергей Макашин рассказывает об этнологическом факультете МГУ 1920-х и своей работе в редакции только созданной Большой советской энциклопедии. Он вспоминает о том, как был устроен рабочий процесс в Энцик…
Сергей Макашин. «Почему-то считается, что писателем может быть, собственно, каждый грамотный человек» [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 33:11
Первая беседа с Сергеем Макашиным начинается с рассказа о провале экзамена по музыке, который обозначил начало профессиональных занятий литературой — дела жизни рассказчика. Встреча с Валерием Брюсовым и поступление в со…
Иван Гронский. «Сталин прямо говорил: „Нам надо избегать репрессий. Они нам ничего не дадут“» [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 3:14:28
В четвертой и заключительной беседе Иван Гронский затрагивает целый ряд важнейших тем российской и международной культурной политики и политики в целом. Во-первых, говорит о внутренней борьбе внутри коллектива газеты «Из…
Мария Волошина. «Я не могу раздеться при роялях!» [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 59:35
Грациозность Макса, эгоизм одаренных людей и Александр Грин, спущенный с лестницы. Во второй беседе Мария Волошина вспоминает о гостях их с мужем коктебельского дома: объясняет, почему не ладила с Мариной Цветаевой, и ра…
Иван Гронский. «Я спал часа два-три в сутки в течение примерно пятнадцати лет» [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 3:34:26
Как и предыдущие, эта беседа с видным советским партийным деятелем Иваном Гронским полна подробностей о самых разных выдающихся людях 1920–1930-х годов — политиках, писателях, поэтах и актерах. Большая часть разговора по…
Леонид Варпаховский. О капустниках в «Летучей мыши», общении с Мейерхольдом и несостоявшемся романе между матерью и Маяковским [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 1:20:43
Заключительная беседа Виктора Дувакина и театрального режиссера Леонида Варпаховского состоялась через полгода после предыдущей, поэтому собеседники начали разговор с дополнений. Варпаховский долго собирается с мыслями,…
Мария Волошина. О себе, Максе Волошине и подлинной сущности каждого [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 1:21:17
Первая беседа с Марией Волошиной начинается с рассказа о ее семье — бабушке-начетчице, матери-раскольнице и отце-католике, который ради женитьбы принял православие. Мария рано потеряла родителей и брата. Юность проходила…
Леонид Варпаховский. Рыцарь стиля. О Всеволоде Мейерхольде [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 1:29:18
Вторая беседа с театральным режиссером Леонидом Варпаховским начинается с удивительной истории знакомства юного Александра Твардовского с Борисом Пастернаком в доме, где Гоголь впервые в Москве читал «Мертвые души». Но б…
Лидия Чуковская. «Мы никаких людей, кроме знаменитых, в детстве не видели» [not-audio_url] [/not-audio_url]

Duration: 2:05:01
В беседе Лидия Чуковская главным образом обращается к детским воспоминаниям об отце и людях, бывавших в его доме. Значительная часть рассказа посвящена Куоккале, где семейство прожило около десяти лет — рядом с Репиным,…